Италию «прорвало» на совещании ЕС по выработке экономических мер, направленных на преодоление последствий эпидемии COVID-19.
Премьер-министр Конте отверг проект итогового документа конференции, раскритиковал стремление использовать старые финансово- экономические инструменты Евросоюза и дал коллегам десять дней на поиски «адекватного решения, соответствующего остроте чрезвычайной ситуации».
Что будет, если остальные лидеры ЕС проигнорируют требование Конте? На этот вопрос попытался ответить бывший итальянский вице- премьер и лидер партии «Лига Севера» Маттео Сальвини: «Это вовсе не "союз", это гнездо змей и шакалов. Сначала мы победим вирус, а потом подумаем о Европе. И, если нужно, попрощаемся, даже не поблагодарив».
Евроскептик Сальвини не впервые выступает с подобными заявлениями. С другой стороны, «Лига» остается самой популярной партией в стране, особенно на севере, где коронавирус бушует сильнее всего. Некоторые эксперты еще до эпидемии прогнозировали, что триумф Сальвини — это дело времени.
Может сложиться ситуация, при которой оппонентам бывшего вице-премьера останется только одно — перенять его популистскую риторику. Примерно так действовал Борис Джонсон, когда решительно возглавил процесс выхода Британии из Евросоюза, оставив у разбитого корыта партию Брексита Найджела Фараджа (хотя до этого она стремительно набирала популярность).
Поэтому дело здесь не в конкретных персоналиях и их высказываниях, а в общественных настроениях.
Как показывает свежий соцопрос службы Monitor Italia, настроения уже меняются в пользу выхода Италии из Евросоюза.
88% итальянцев считают, что ЕС недостаточно помогает их стране. Дальнейшее пребывание в европейской «семье народов» считают невыгодными 67% респондентов, то есть на 20% больше, чем в ноябре прошлого года (и на 15% больше количества недовольных Евросоюзом британцев на момент проведения референдума о Брексите летом 2016-го).
Чувствуя, куда дуют ветры истории, Конте тоже поставил под сомнение будущее Евросоюза, если тот не сумеет дать отпор пандемии коронавируса и экономическому кризису.
Президент Франции Эммануэль Макрон тоже не исключает вариант развала Евросоюза. «На карту поставлено выживание европейского проекта. Риск, с которым мы сталкиваемся, — это конец Шенгенской зоны», — с такими словами, по данным Reuters, французский лидер обратился к своим иностранным коллегам.
Не менее скептично настроен и австрийский канцлер Себастьян Курц. По словам политика, Евросоюз должен быть готов «к серьезному разговору после кризиса с коронавирусом».
Недовольство политика вызвал ставший уже классическим пример европейской «солидарности»: из-за соседей Австрия не могла вовремя получить уже приобретенные ею товары медицинского назначения.
«Немыслимо, что в течение двух недель нам приходилось сражаться, чтобы гарантировать прибытие грузовика с защитными масками, за который мы уже заплатили, остановленный на границе с Германией, в то время как мы подвергались критике за наш контроль над границей с Италией», — возмущается Курц.
Пристыженные немцы после этого решили доказать, что единство Европы для них не пустой звук. Глава МИД ФРГ Хайко Маас с гордостью сообщил о решении принимать на лечение пациентов из других стран.
Таковых набралось аж 42 человека — 12 из Италии и 30 из Франции.
В этом контексте Маас упоминает о «солидарности», которая поможет преодолеть «коронакризис». Звучит издевательски.
Уже понятно, что бороться непосредственно с болезнью страны ЕС будут в прежнем режиме, руководствуясь принципом «каждый сам за себя». И чем дольше продлится эта борьба, тем острее будет последующий экономический кризис.
Денег в Евросоюзе не всем хватало и до эпидемии, переговоры по новой финансовой программе на 2021–2027 годы постоянно «буксовали». Теперь «коронакризис» провоцирует еще и политическую нестабильность. Анонсированный Курцем «серьезный разговор» будет вестись на повышенных тонах.
Спасению корабля грядущие бури в благородном европейском семействе отнюдь не поспособствуют, лишь вернее пустят его ко дну.
Каким бы ни был исход большого европейского торга, ЕС как наднациональное объединение останется в числе проигравших. Если вообще останется.
Италию «прорвало» на
совещании ЕС по
выработке экономических
мер, направленных на
преодоление последствий
эпидемии COVID-19.
Премьер-министр
Конте отверг
проект итогового
документа
конференции,
раскритиковал
стремление
использовать
старые
финансово-
экономические
инструменты
Евросоюза и дал
коллегам десять
дней на поиски
«адекватного
решения,
соответствующего
остроте
чрезвычайной
ситуации».
Что будет, если остальные
лидеры ЕС проигнорируют
требование Конте? На
этот вопрос попытался
ответить бывший
итальянский вице-
премьер и лидер партии
«Лига Севера» Маттео
Сальвини: «Это вовсе не
"союз", это гнездо змей и
шакалов. Сначала мы
победим вирус, а потом
подумаем о Европе. И,
если нужно,
попрощаемся, даже не
поблагодарив».
Евроскептик Сальвини не впервые выступает с подобными заявлениями.
С другой
стороны, «Лига» остается
самой популярной
партией в стране,
особенно на севере, где
коронавирус бушует
сильнее всего. Некоторые
эксперты еще до
эпидемии
прогнозировали, что
триумф Сальвини — это
дело времени.
Может сложиться
ситуация, при которой
оппонентам бывшего
вице-премьера останется
только одно — перенять
его популистскую
риторику. Примерно так
действовал Борис
Джонсон, когда
решительно возглавил
процесс выхода Британии
из Евросоюза, оставив у
разбитого корыта партию
Брексита Найджела
Фараджа (хотя до этого
она стремительно
набирала популярность).
Поэтому дело здесь не в
конкретных персоналиях
и их высказываниях, а в
общественных
настроениях.
Как показывает
свежий соцопрос
службы Monitor
Italia, настроения
уже меняются в
пользу выхода
Италии из Евросоюза.
88% итальянцев считают,
что ЕС недостаточно
помогает их стране.
Дальнейшее пребывание
в европейской «семье
народов» считают
невыгодными 67%
респондентов, то есть на
20% больше, чем в
ноябре прошлого года (и
на 15% больше
количества недовольных
Евросоюзом британцев на
момент проведения
референдума о Брексите
летом 2016-го).
Чувствуя, куда дуют ветры
истории, Конте тоже
поставил под сомнение
будущее Евросоюза, если
тот не сумеет дать отпор
пандемии коронавируса и
экономическому кризису.
Президент Франции
Эммануэль Макрон тоже
не исключает вариант
развала Евросоюза. «На
карту поставлено
выживание европейского
проекта. Риск, с которым
мы сталкиваемся, — это
конец Шенгенской
зоны», — с такими
словами, по данным
Reuters, французский
лидер обратился к своим
иностранным коллегам.
Не менее скептично
настроен и австрийский
канцлер Себастьян Курц.
По словам политика,
Евросоюз должен быть
готов «к серьезному
разговору после кризиса с
коронавирусом».
Недовольство
политика вызвал
ставший уже
классическим
пример
европейской
«солидарности»:
из-за соседей
Австрия не могла
вовремя получить
уже
приобретенные ею
товары
медицинского
назначения.
«Немыслимо, что в
течение двух недель нам
приходилось сражаться,
чтобы гарантировать
прибытие грузовика с
защитными масками, за
который мы уже
заплатили,
остановленный на
границе с Германией, в то
время как мы
подвергались критике за
наш контроль над
границей с
Италией», — возмущается
Курц.
Пристыженные немцы
после этого решили
доказать, что единство
Европы для них не пустой
звук. Глава МИД ФРГ
Хайко Маас с гордостью
сообщил о решении
принимать на лечение
пациентов из других
стран.
Таковых набралось
аж 42 человека —
12 из Италии и 30
из Франции.
В этом контексте Маас
упоминает о
«солидарности», которая
поможет преодолеть
«коронакризис». Звучит
издевательски.
Уже понятно, что
бороться
непосредственно с
болезнью страны ЕС будут
в прежнем режиме,
руководствуясь
принципом «каждый сам
за себя». И чем дольше
продлится эта борьба, тем
острее будет
последующий
экономический кризис.
Денег в Евросоюзе не
всем хватало и до
эпидемии, переговоры по
новой финансовой
программе на 2021–2027
годы постоянно
«буксовали». Теперь
«коронакризис»
провоцирует еще и
политическую
нестабильность.
Анонсированный Курцем
«серьезный разговор»
будет вестись на
повышенных тонах.
Спасению корабля
грядущие бури в
благородном
европейском
семействе отнюдь
не
поспособствуют,
лишь вернее
пустят его ко дну.
Каким бы ни был исход
большого европейского
торга, ЕС как
наднациональное
объединение останется в
числе проигравших. Если
вообще останется.